Евангелие Истины

Главы

О книге

Евангелие Истины — не повесть о земной жизни Иисуса и не «четвёртое евангелие гностиков» в бытовом смысле. Это торжественная проповедь или медитация о неведении, Заблуждении и возвращении в Отца через познание. Заглавие стоит в первой строке: «Евангелие истины есть радость для тех, кто получил от Отца истины благодать познать Его».

Происхождение
Текст связывают с валентинианским кругом II века. Валентин — христианский учитель из Египта, учивший в Риме около 140–160 годов. Ириней Лионский в «Против ересей» (III.11.9) пишет, что валентиниане имеют своё «Евангелие Истины», недавно ими составленное, и что оно не согласно с каноническими Евангелиями. Почти все современные исследователи отождествляют наг-хаммадийский трактат с тем, о котором говорил Ириней, либо с очень близким текстом той же школы. Авторство самого Валентина возможно, но не доказано: мог писать ученик.
Язык оригинала — греческий. До нас дошёл коптский перевод (саидский диалект) II–IV века по времени перевода, в составе позднеантичной библиотеки.

Кто нашёл
В декабре 1945 года крестьянин Мухаммад Али аль-Самман близ селения Наг-Хаммади в Верхнем Египте, у подножия Джебель-аль-Тариф, откопал запечатанный кувшин с тринадцатью кодексами папируса в кожаных переплётах. Это и есть библиотека Наг-Хаммади: коптские переводы гностических и герметических сочинений, спрятанные, как обычно считают, монахами IV века после борьбы Церкви с инакомыслием.
Евангелие Истины стоит вторым трактатом в Кодексе I, который называют Кодексом Юнга. Кодекс ушёл на антикварный рынок, был разделён, часть страниц приобрёл Институт Юнга в Цюрихе в 1952 году, отсюда имя. Полный текст издали в 1956–1961 годах (Малинин, Пюэш, Квенстедт и др.). Фрагменты того же сочинения есть в Кодексе XII. До 1945 года самого текста Европа не имела — только фразу Иринея.

Канон
В каноне любой исторической Церкви книги нет и не было. Это не «скрытое евангелие апостолов», а школьный трактат II века. Католики, православные, протестанты, древние восточные церкви его не читают за богослужением. Ириней уже во II веке ставит границу: Евангелий четыре, не больше.
Содержание уводит в сторону от апостольской проповеди. Спасение описывается как пробуждение от неведения и обретение Имени, а не как крест, гроб и воскресение плоти в смысле Символа веры. Есть образы, близкие Луке и Иоанну — заблудшая овца, пастырь, книга живых — но встроены они в другую систему: Плерома, Заблуждение, незнание Отца. Читать полезно именно как документ спора. Рядом держите Евангелие от Иоанна и 1 Иоанна: там тоже «познание», но познание воплощённого Сына, а не выход из космического неведения.